Перемыв положенное, я постояла по щиколотку в воде, но лезть в воду побоялась, хоть и страшно хотелось окунуться после жаркого дня. Умылась и вышла на берег… завтра искупаюсь, когда все уйдут на работы.
— Рия, чего стоишь? — рассмеялись сзади, — воттов боишься?
— Боюсь, — посмотрев еще раз на манящее зеркало темной воды, я села на песок, чтобы обтереть ноги и одеть сапоги. — Вотты там, или не вотты… днем искупаюсь.
— А если я их разгоню?
— Спасибо, господин маг, но я лучше завтра.
— Рия, — Крайден присел рядом, — расскажи о себе. Бальор сказал, что ты ничего не помнишь… это так?
— Да, господин маг. — Внутри поднялась неожиданная злость и я с трудом сдержалась, чтобы не ответить… только что будет потом после такого ответа? Проверяет, что еще сохранилось у меня в памяти после всего? Для чего? Кидаться ему на шею я не собираюсь, доказывать свою правоту и качать права тоже, он может чувствовать себя свободным и счастливым, но для этого не стоило упекать меня в Скаггард, можно было ведь просто поговорить и я бы сама все поняла! Ведь хотела уехать в Бернир, это было мое решение и всего-то надо было подождать несколько дней… а теперь мне пять лет тут жить! Ненавижу! Всю семейку Крайденов ненавижу, чтоб им пусто было! — Господин маг, — твердо заявила я, — все, что надо обо мне знать, выбито на моей бирке, которая хранится у господина Бальора. Кроме того, у него есть еще доклад стражников, которые арестовали меня. Только вот извините, ничего вспомнить по этому поводу не могу, потому как приложить они меня изрядно изволили, отчего я до самой отправки в Скаггард даже подняться не могла. Об этом можете спросить кого угодно, хоть тех девушек, что со мной были. Все, что до южной границы было, осталось за портальным камнем, как принято у нас говорить и возврат к этому будет не раньше, чем кончится мой срок здесь. Мерия Увар, три ножа, побег из Хилана, срок пять лет. К вашим услугам, господин столичный маг!
Собрав перемытую посуду, я вернулась в лагерь и, завернувшись в одеяло, улеглась в стороне от всех. Слез не было, внутри кипела злость, которая не желала утихать и снова перед глазами пронеслось то, что было в Делькоре — унижение на приемах, унижение в доме Орвилла, его упорное нежелание отойти от установленных порядков, его родители, скрывающие свою истинную сущность под любезными масками, мерзавец Райшер, который все-таки добился своего хотя бы в отношении меня, сам-то Орвилл, судя по всему, ничуть не пострадал! Слишком жестокая расплата за собственную глупость, совершенную дважды… чем мне не жилось в Саперном? Одна проблема тянула за собой другую и все это запуталось неразрешимым клубком, из которого пока нет выхода. Может, действительно дать деру отсюда? С чем там совершают побеги? Надо подумать… ножи, одеяла, жратва кой-какая, хватятся не сразу, успею уйти далеко…
— Рия, Крата, днем приготовьте что-нибудь, — объявил с утра Бальор, деловито стуча ложкой, — сегодня пораньше закончим и к ночи уже вернемся в Скаггард. Ваше дело постирать все и собрать к нашему возвращению. Доедайте и подъем, — скомандовал он остальным, — идти пора!
Ложки застучали еще быстрее, котелок с отваром моментально опустел и очень скоро на поляне остались только грязные миски и куча запыленных рубах, на которые я посмотрела с откровенной злостью. Подумать только, стоило нам с Кратой появиться, как мужики вообще перестали сами что-либо делать, с радостью скинув на нас даже стирку исподнего! На все сто согласна с Тудором, что и миски за собой могли бы помыть, не переломились. Но возмущаться было не на кого, а время неумолимо шло — задерживаться еще на одну ночь здесь не хотелось, лежанка в крепости на порядок выше ночевки на открытом воздухе.
— Ну что, — оценив размер сегодняшней деятельности, я посмотрела на Крату, — пошли, что ли?
— Пошли, — вопреки обыкновению, она согласилась довольно весело, что вызвало у меня новый приступ злости, с чего это вдруг ей так хорошо вдруг стало? — сейчас быстренько все перестираем, а уж на ветках оно высохнет моментально, дома меньше полоскаться придется!
— Там другие навалят, — огрызнулась я, — небось только нас и ждут!
Один положительный момент в этом все же был — пока мы вдвоем, можно помыться без проблем, не опасаясь водяных жителей, чем я и воспользовалась от души, чуть не утопив чью-то рубаху при очередном душевном порыве.
— Ты чего разбушевалась? — попыталась одернуть меня Крата, но разговаривать не хотелось и я ожесточенно занималась стиркой, вышвыривая на камень чистое белье. Конечно, делалось это все без мыла, но пыль отходила исправно, распуская по воде грязные круги. Напоследок еще раз окунулась сама… вот воду-то взбаламутила, небось все разбежались, кто тут живет! Попадись мне эти вотты, удушила бы голыми руками… и еще кое-кого, чтоб ему пусто было!
У костра я присела в трусах и бюстгальтере, вызвав у Краты неприкрытое изумление и сдавленный смешок.
— Чего уставилась? Никого тут нет, а мои вещи тоже стирать надо хоть изредка, — мокрые волосы хлопали по спине и мне на мгновение показалось, что я дома, просто мы пошли в поход и сейчас должны вернуться парни с рыбалки… нет, не вернутся, тот поход остался в прошлом, а здесь рядом сидит чужая девушка в длинном, до пят, платье и с удивлением глядит на мое бикини. Ладно, хоть не мужик пялится, а у нее дальше изучения необычного белья ничего не пойдет. — Могла бы тоже раздеться, чего паришься в длинном платье по такой жаре? Или иди окунись, пока никто не видит, тут даже плавать не надо, глубина мне по пояс… чего стоишь-то? Ну не хочешь и не надо, потей дальше.