И аз воздам - Страница 301

301

Подвывания Геды затронули всех. Тихо заплакала Айна, поминая сквозь слезы некого Борта, засопела Перта, отворачиваясь в темный угол, у меня тоже защипало глаза и пришедшая за нами девушка с изумлением услышала сплошной рев и сопли.

— Эй, вы что это удумали? — прибежавшая следом за ней Тора стояла, как скала в дверях комнаты. — Чего ревете-то все? Делать больше нечего, — она рывком подняла на ноги всхлипывающую Айну и вытерла ей лицо передником, — ты, что ли, тут всех завела? Да брось ты пугаться так, подумаешь, парень над ней посмеялся, он везде так лезет, не только к тебе! Вот ведь девки дурные какие, сидят и ревут все вместе, — пояснила она подошедшей к ней темноволосой худощавой женщине с яркими голубыми глазами и крупным ртом, — а мы их еще и утешаем!

— Потому и ревут, что не знают, что все могло бы намного хуже быть, — подошедшая была равнодушно спокойна, под стать Перте, и ничьи слезы ее не могли вывести из себя. Оглядев комнату, она презрительно скривилась и встала в дверном проеме. — Попали бы в Безер, вот тогда надо было бы реветь, а в Скаггарде порядки другие, да им этого не понять. Там бы не пугали, как Лион, да и разговоров бы не вели никаких. Разобрали бы сразу при входе, пикнуть и не успели, а что потом с кем станется, так одна Айди знает. Народ в Безере лихой, без ножа за угол не ходят и признают только силу, да и место там гиблое, если уж мужчины не выдерживают, то женщины и подавно. Болезнь она всех бьет, не спрашивая.

— А разве маги там больным не помогают? — видимо, дурная слава об этом месте была хорошим пугалом, но какой в этом смысл?

— А зачем? — удивилась женщина. — Там тоже кто-то нужен, а те, кто отказался от мага-протектора, могут выйти и оттуда на свободу, если выживут.

— И много оттуда вышло?

— Мужчин — не знаю, а женщин ни одной. Бальор первый бы узнал, коли такое случилось. Год и все, почитай, похоронят. Ну, поняли? — повысила она голос так, что завибрировало в ушах. — Хватит тут нытья, — тон сменился на приказной, — нечего валяться, подымайтесь и быстро за мной.

— Элта, я разведу их, — одернула женщину Тора, — а ты иди в мастерскую, пока Верна высоко. Там тоже глаз за порядком нужен, кто, кроме тебя справится?

Элта подарила нам еще один неприязненный взгляд, но спорить не стала и первой пошла вниз по лестнице, немного переваливаясь с боку на бок. На повороте она вошла в яркий столб света, падающий из окна, и стало хорошо видно, что она в положении.

Топая следом за Торой и Элтой, оставалось лишь поблагодарить Айди и еще кого-то неизвестного, который, как я поняла, поменял меня на другую жертву, оказавшуюся более несчастливой, чем я.

— И-иэх! Ха!

— Ну, ну!

— Давай, Герлет, поддай ему!

— И-иэх! Ах-ха!

— Ну-ка, вдарь еще!

— И-иэх!

Непонятные возгласы обозначили кружок крепких мужиков, в середине которых, поднимая песок и пыль толклись двое, меся друг друга кулаками. Оба были без рубашек, мокрые от пота, но прекращать драку ни один не собирался, а окружающие то и дело подбадривали их свистом и топаньем ногами. Светловолосый парень с широченными плечами потихоньку сдавал своему противнику, темноволосому худому мужчине, несмотря на свою молодость и более развитые мышцы. На ярком солнце было хорошо видно, что у парня уже подбит глаз, течет кровь из разбитой губы и носа, оставляя следы на земле и сам он уже держится с трудом, то и дело вскидывая голову и щеря зубы. Темноволосый лихо увернулся от здоровенного кулака, летящего ему прямо в лицо, крутанулся вокруг себя и со смачным хэканьем ударил парня в скулу так, что у того мотнулась голова в сторону. Видимо, удар был настолько силен, что парень постоял некоторое время в оцепенении, а его противник размахнулся и добавил удар снизу в подбородок, отчего светловолосый рухнул со всего маху на спину, а окружающие завыли и затопали ногами, выражая свое одобрение. Темноволосый передернул плечами, подошел к лежащему и пнул его сапогом в бок.

— Подымайся!

— Все, Герлет, — хлопнул его по плечу один из стоявших вокруг, — спекся он!

— Хорошо ты его уделал, — еще один из зрителей дружески стукнул победителя кулаком в плечо, измазанное кровяными пятнами, — отличная работа.

Кто-то с размаху облил лежащего водой, лежащий очнулся и застонал, а стоявшие вокруг захохотали, тыкая друг друга кулаками. Парень перевернулся на живот и попытался встать на ноги, но ему поддали сапогом под зад и он снова рухнул на землю, подняв тучу пыли.

— Слабак, — сплюнул Герлет, — тащите его отсюда!

Двое из зрителей ухватили парня за руки и поволокли в сторону ближайшего навеса, где бросили его, как куль с мукой. В пыли остался только след от сапог, перемежаемый там и тут каплями крови, быстро подсыхающей на жарком солнце.

— Водой облейте, — Герлет тут явно был за старшего, раздавая приказы, — и пусть к себе валит, нечего тут прохлаждаться. Чего встали? — последнее относилось к зрителям, которые уже отходили от увлекательнейшего зрелища и начинали осматриваться по сторонам. — Тора? — заметил он нас, — уже привезли?

Пока шла драка, Тора не сделала ни одной попытки прекратить это избиение, даже когда парня уже оттащили под навес, к нему так никто и не подошел и теперь он стоял на четвереньках, мотая головой. Подбежавший мужчина со всего маху обдал его ведром воды и розовые потеки мокрыми языками протянулись из-под навеса на открытое пространство двора, где очень быстро стали светлеть. Парень с трудом поднялся по стенке, постоял, уткнувшись в нее лбом, и, шатаясь, двинулся к раскрытой двери. На светлом камне стены остался только темный отпечаток.

301