И аз воздам - Страница 204

204

— Ты куда? — шепнул он на ухо, когда я наконец оторвалась от него, чтобы перевести дух.

— К себе, — с сожалением я потянула руки вниз.

— Подожди уходить, — и снова я выпадаю из этого мира, чувствуя только мужчину рядом с собой.

— Лерия, — теперь уже он пытается отдышаться, но лицо у него совершенно нормальное, без малейшего следа той жесткости и холодности, которые сопровождали его все эти дни и я сама прижимаюсь к его губам так, что он тихонько стонет в ответ. — Лерия… ты действительно хочешь этого?

— Да… — отказываться от самой себя не имеет смысла и тот, кто стоит рядом, понимает это и подхватывает меня на руки, направляясь к двери в спальню. Тут темно, но по щелчку зажигаются несколько шариков и я вижу, как блестят его глаза, которые я так часто видела еще до того, как увидела настоящее лицо.

— Ты так хитро зашнуровала платье, — длинные пальцы пробегают по узелкам, дергают за шнурок и петельки, вставленные одна в другую, моментально распускаются по всей длине, — это для меня…

— Для тебя, — кожа под тонкой рубашкой влажная на спине, но стоит только потрогать его живот, как по всему телу Орвилла пробегает дрожь, слышится тяжелое дыхание в тишине и мое платье летит на пол, следом падают его вещи и гаснет половина всех светящихся шариков…

Утро застало меня в странной позе, я же знаю, куда и как светит солнце в моей комнате, а тут оно почему-то зашло совсем с другой стороны… Приподняв голову, я с удивлением взирала на незнакомую обстановку и широченную кровать, в которой рядом еще сохранился отпечаток тела… ох ты ж мать, ерш и прочие живности! Воспоминания о вчерашних посиделках с Орвиллом пронеслись в памяти всадниками Апокалипсиса, а уж если еще и вспоминать, что последовало за этими посиделками, то от стыда можно попросту сгореть, и кой черт дернул меня полезть в постель к хозяину? Старая, как мир, история, повторилась и здесь… нет уж, пока он где-то ходит, лучше всего свалить потихоньку, по-английски, а потом делать вид, что ничего не произошло, а еще лучше выбирать пути, не пересекающиеся с ним, а самое лучшее будет, если я вообще…

Осуществить планы мне не дали громкие шаги за стеной, хлопанье двери и появление самого хозяина комнаты, одетого в одни штаны и блестевшего от капелек воды, скатывающихся с волос и плеч. Ох, не успела удрать, лучше тогда притвориться, что еще сплю, а свалить потом!

Никуда свалить мне не дали, поскольку Орвилл нырнул в постель прямо как есть, в мокром виде и я дернулась от неожиданности.

— Не спишь, — зашептал он на ухо, прижимаясь ко мне со спины, — не притворяйся! Удрать не хотела? И правильно сделала, все равно у тебя ничего бы не получилось!

— Это еще почему? — я попыталась сохранить лицо, но быстро прекратила это бессмысленное занятие.

— Потому что я не хочу этого, — он легонько куснул за ухо, сжимая руки все крепче, — и ты не хочешь…

В столовую мы вышли только к ужину. Орвилл, глядя, как я дергаюсь от каждого звука в коридоре, не выдержал, взял меня за руку и приподнял подбородок второй рукой.

— Вот так надо ходить всегда, запомни! А теперь пошли есть, иначе я умру!

Никомус, казалось, совершенно не удивился тому, что его хозяин вдруг провалялся весь день в постели, да не один и теперь сидит за столом, сметая все, что мажордом подкладывал ему в тарелку. Что-то подобное я читала, но количество поглощаемой пищи поставило меня буквально в ступор и я посмотрела на Никомуса, который почему-то подмигнул мне. От этого факта мозги окончательно превратились в кисель и их деятельность была прекращена весьма надолго.

— Лерия, ты почему ничего не ешь?

Подняв глаза на Орвилла я попросту обомлела — тот, кто сидел напротив, имел очень небольшое сходство с ним прежним. Казалось, что Крайден из мраморной статуи превратился в живого человека — это было единственное верное объяснение происходящему. Именно живой, с теплой улыбкой и теми серыми глазами, которые я уже видела полгода назад.

— Мне хватит того, что я съела… иначе я лопну!

— Никомус, по-моему Лерии здесь не нравится, — возвестил Орвилл подчеркнуто обращаясь к мажордому, который застыл рядом с ним с кувшином в руках, — она отказывается от еды, не хочет ничего пить… как ты считаешь, ее поведение можно рассматривать как прямое оскорбление в адрес хозяина Арсворта?

— Безусловно, господин Крайден, — Никомус вытянулся во фрунт и стал похож на отставного майора, только мундира не хватает, — я совершенно с вами согласен. Но все же я возьму на себя смелость попросить о вашем снисхождении к ней, вдруг вся вина госпожи Валерии заключается только в незнании этикета?

— М-да… пожалуй, я соглашусь с тобой, — в голосе послышались веселые нотки, но выражение лица продолжало оставаться суперсерьезным, — но тогда передо мной будет стоять двойная задача — преподать ей основы этикета и при этом не нанести обиду, как женщине.

— По-моему, вы справитесь с этим, господин Крайден, — ответ получился тон-в тон, даже выражения лиц у обоих мужчин совпадали, — главное, чтобы она не была против.

— Она не против, Никомус, — они посмотрели друг на друга как люди, хорошо понимающие, о чем идет разговор.

— Эй, — я помахала рукой, — это ничего, что я тут сижу? Я вам не мешаю?

— Ваше вино, госпожа Валерия, — торжественно изрек мажордом, наливая его в бокал, — пейте и не позволяйте ничему уводить вас с этого пути. Орвилл?

— И мне тоже, Никомус. Да, в окрестностях никого из чужих не появлялось?

— Нет, — мажордом отошел в сторону и встал ко мне вполоборота, отвечая на вопросы Крайдена, — никого не было. Как вы портал перенаправили, все спокойно по сию пору, но возмущения были. Это был хороший ход, не каждый догадается, что настройка сбита и будет винить в этом свое неумение.

204